Против карпократиан,

седьмой и двадцать седьмой ереси

Κατὰ Καρποκρασίων ζ’, τῆς δὲ ἀκολουθίας κζ’

Contra Carpocrasios, haeresis XXVII

1. Неким иным делается Карпократ (Καρποκρᾶς), составив себе лжеименным своим разумом непозволительное учение и соделавшийся по нравам всех худшим. Из всех сих учений: Симонова, Менандрова, Саторнилова, Василидова, Николаева, из учения самого Карпократа, еще и Валентина, родилась ересь лжеименного ведения (τῆς ψευδωνύμου γνώσεως), которая последователей своих наименовала гностиками. И сии-то знающие (Γνωστικοί), в действительности же осужденники (κατάγνωστοι), мною уже описаны.

2. Сей же [Карпократ], намереваясь преподать одинаковое с другими учение, утверждает еще, что горний одно начало, Отец всяческих (πατέρα τῶν ὅλων) [и] неведомый и неименуемый (ἄγνωστον καὶ ἀκατονόμαστον), мир же и что в мире приведены в бытие ангелами, которые много ниже неведомого Отца. Они, по словам Карпократа, стали отступниками от горней силы, и тогда уже сотворили мир. А о Господе нашем говорит, что Иисус родился от Иосифа, как и все люди родятся от семени мужа и жены. Подобен Он всем, отличен же жизнью, целомудрием, добродетелью и праведностью жития. Но поскольку, говорит [Карпократ], имел душу в сравнении с душами других людей сильную и помнил виденное ею горнее, когда носился окрест неведомого Отца, то Самим Отцом посланы в душу Его силы, чтобы, вспомнив виденное ею и укрепившись, бежала мироздателей ангелов, удалившись от всех в мире вещей и от всех деяний, совершаемых людьми, в тайне нелепых и непозволительных дел, и чтобы, став свободною во всех поступках, сама душа Иисусова взошла к Самому неведомому Отцу, для того и пославшему в нее силы свыше, чтобы во всех поступках отдалившись и освободившись, взошла к Нему вверх, и не сама только взошла, но возвела и подобные ей души, одно с нею возлюбившие и таким же образом ставшие свободными, чтобы воспарить к неведомому Отцу.

И по совершении всех дел, подобно ей, избавившись от всего, прийти наконец в полную свободу. Но душа Иисусова, воспитанная по иудейским обычаям, презирала ангелов и за сие прияла силы, с помощью которых пришедши в состояние перенести страдания, возлагаемые на людей в наказание, возмогла превзойти мироздателей. Не только же сама душа Иисусова возмогла это, но и всякая отдалившаяся делами в состоянии превзойти сих ангелов-мироздателей, если только приимет силы и совершит, как сказал я прежде, подобное совершенному Иисусом. Почему, пришедши в великое кичение, обольщенные этим обманщиком, почитают себя превосходящими и самого Иисуса. Другие же из них говорят о себе, что они выше не Иисуса, но Петра, Андрея, Павла и прочих апостолов, по преизбытку ведения и по превосходству прохождения разных путей жизни. Иные же из них говорят, что ничем не отличны они от Господа нашего Иисуса Христа, потому что души — того же полета окрест, и подобно Иисусу оказали пренебрежение ко всему. И все души, говорят сии еретики, удостоены той же силы, какой удостоена и душа Иисусова, почему при каждом действии преуспевают, по словам их, в том же, в чем, конечно, преуспела душа Иисусова. Но если кто возможет еще пренебречь паче Иисуса, то будет превосходнее Его.

3. Последователи этого недозволенного учения покушаются на предприятия всякого рода страшных и пагубных дел. Ибо вымышлена ими магия, изобрели они разные очарования как средства для всякого обмана для привлечения в любовь и для обольщения. А сверх этого привлекают к себе всегдашних помощников бесов, чтобы при помощи чародейства, говорят они, с великою властью господствовать во всем, где только пожелает каждый и осмелится испытать сие делом, конечно, обманывая себя самих до удостоверения ослепленного их разумения, что таковые покушения, укрепившиеся многими действиями и доказавшие пренебрежение к мироздателям ангелам и ко всему, что в мире, превосходят власть сих мифотворцев (μυθοποιῶν) (не скажу миротворцев (κοσμοποιῶν)), чтобы возлюбить им горнюю свободу, и приобрести полет горний. Но они уготованы Сатаною и выставлены напоказ в укоризну и соблазн церкви Божией. Они присвоили себе именование христиан, и соблазняются ими языческие народы, отвращаются пособий, доставляемых святою Божиею церковью, и истинной проповеди по причине их беззакония и невообразимого злонравия, и язычники, примечая у них, у одного за другим, дела их бесчинств и думая, что таковы и принадлежащие к святой Божией церкви, отвращают слух, как выше сказал я, от учения по истине Божией, или, смотря на иных, хулят равно всех, и поэтому-то большая часть язычников, где только увидят таковых, не имеют с нами общения, не делятся ни вещью, ни советом, не слушают вместе слова Божия, заграждают от нас слух, ужасаясь нечестия их непозволительных дел.

4. Еретики сии ведут развратную жизнь, во всем, что ни делают, домогаются телесного наслаждения, с нами вовсе не сближаются, разве только, чтобы души слабых уловить в мерзкое свое учение. Ибо ни в чем с нами не сходствуют, гордятся только занятым у нас именем, чтобы под прикрытием сего имени предаваться порочным делам своим. Но суд им отмститель, по написанному, как сказал святой апостол Павел (Рим.13:4): потому что за худые дела их воздано будет им воздаяние. Ибо без страха умом своим дошедши до неистовства, страстно предались тьмочисленным удовольствиям. Говорят: что у людей почитается худым, то не худо, но прекрасно по природе. Ибо по природе ничто не худо, у людей же только почитается негодным. И если кто в одну эту настоящую жизнь сделает все сие, то душа его не переселяется в другое тело, чтобы опять вступить в здешнюю жизнь, но за один раз совершив все, что надлежало сделать, избавляется от сего, освободившись и не будучи более обязанною к какому-либо деянию в мире. Боюсь же опять сказать, какое это деяние, чтобы не открыть потока, заключающего в себе что-то подобное грязи, и не подать иным мысли, что произвожу обилие заразительного смрада. Впрочем, поскольку истина побуждает меня открыть, что бывает с обманутыми, то принужу себя и сказать это благоприличнее и не отступить от истины. Что же иное делают они, как не всякую мерзость, не всякое непозволительное дело, которого не позволяется даже произносить устами? Что иное, как не срамные всякого вида сообщения с мужами, как не сладострастное обращение с женами, совершаемое каждым телесным членом при помощи волшебства, отравы, идолослужения? И это называют делами должного исполнения телесных обязанностей, по котором душа не будет более призываема, и не потребуется от нее какого-либо деяния, и не будет для этого по освобождении отсюда возвращаема, и снова подвергаться вхождению и перелиянию в тела.

5. Таковы их сочинения, что разумный читатель удивляется, приходит в изумление и не верит, чтобы могло быть сделано это людьми живущими, не только подобно нам в городе, но и со зверями, и даже подобно зверям и скотам, и так осмеливающимися поступать, как свойственно псам и свиньям. Ибо говорят: непременно должно все это показать на деле, чтобы иначе души, переселившиеся отсюда и не сделавшие какого-либо дела, по сему самому не возвратились опять в тела сделать то, чего ими не сделано. И сие же, говорят, Иисус в Евангелии выразил притчею: мирись с соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним, и постарайся освободиться от него, чтобы соперник не отдал тебя судье, а судья слуге, а слуга ввергнет тебя в темницу; Аминь, аминь говорю тебе: ты не выйдешь оттуда, пока не отдашь до последнего кодранта (Мф.5:25-26). В объяснение же этой притчи слагают они некоторый миф, и говорят, что соперник этот есть один из ангелов, сотворивших мир, на это самое и назначенный, чтобы отводить к Судье души, которые исходят здесь из тел, а там по обличении, что не все дело ими сделано, предаются князем слуге. А слуга есть ангел, служащий Судье-Мироздателю (τῷ κριτῇ τῷ κοσμοποιῷ) тем, что относит души назад и вливает в разные тела. Соперник же сей, о котором Господь, по сказанному нами, упомянул в Евангелии и которого признают они одним из ангелов-мироздателей, имеет имя Диавол, ибо и темница, по словам их, есть тело, и последним кодрантом желательно им признавать переселение из одного тела в другое; потому что душа при каждом появлении в теле должна сделать все до последнего дела, чтобы уже не оставалось несделанным ею что-либо беззаконное. Ибо душа должна, как говорят они и как сказали мы прежде, все пройдя, по порядку сделав и освободившись, взойти к Неведомому Горнему, и мироздателей и мироздателя оставив ниже себя. Говорят же еще, что души хотя в продолжение одного переселения должны, исполнив все и наконец освободившись, отходить вверх, а если не исполнят в продолжение одного, то, во время каждого переселения (καθ’ ἑκάστην παρουσίαν μετενσωματώσεως) совершая сколько-нибудь каждого непозволительного дела, наконец освободятся. Но еще утверждают: говорить о сем предоставляем достойным, чтобы они делали то, что, по-видимому, худо, а в естестве своем не худо, и дознав это освобождались. Последователи Карпократа раскаленным железом, или употребляя в дело сухую присыпку или иглу, у обольщенных ими делают клеймо на правой мочке уха.

6. К нам пришла уже обольщенная сими еретиками некая Маркеллина (Μαρκελλίνα) и многих совратила во времена Аникеты, бывшего епископом в Риме по преемству после Пия и старейших. Ибо первые апостолы Петр и Павел сами были в Риме епископами; потом Лин, потом Клет, потом Климент, современник Петру и Павлу, о котором упоминает Павел в Послании к римлянам. И никто да не дивится, что прежде него другие были преемниками апостолов в епископстве, когда и Климент был современен Петру и Павлу, потому что и он делается епископом современным апостолам. Посему в епископство ли еще апостолов от Петра приемлет рукоположение на епископство, и, отказавшись, остается на покое (ибо в одном из своих посланий говорит: «удаляюсь, отхожу, да стоит народ Божий», — такой совет дает некоторым, ибо находим предложенным это в некоторых пояснениях), или же при преемниках апостольских поставляется он епископом Клетом, не знаем этого с совершенной ясностью. Но, впрочем, и потому еще при жизни апостолов, разумею Петра и Павла, могли быть поставляемы другие епископы, что апостолы часто для проповеди Христовой предпринимали путешествие в другие страны, город же Рим не мог оставаться без епископа. Ибо Павел отправляется в Испанию, а Петр нередко посещал Понт и Вифинию. А могло быть, что после того, как поставлен был и отказался Климент (если действительно так было; ибо предполагаю только, а не говорю сего решительно); впоследствии, когда скончались Лин и Клет, епископствовавшие каждый до двенадцати лет, по кончине святого Петра и Павла, бывшей в двенадцатом году Нерона, Климент принужден был снова принять епископство. Впрочем, преемство епископов в Риме следует в таком порядке: Петр и Павел, Лин и Клет, Климент, Эварест, Александр, Ксист, Телесфор, Гигин, Пий, Аникета (Λίνος καὶ Κλῆτος, Κλήμης Εὐάρεστος Ἀλέξανδρος Ξύστος Τελέσφορος Ὑγῖνος Πίος Ἀνίκητος), в списке показанный выше. И никто да не удивляется, почему с такою точностью перечисляю каждого, ибо посредством сего дело всегда приводится в ясность. Итак, во времена Аникеты, как сказали мы, поименованная выше Маркеллина, быв в Риме и изрыгнув вредоносное Карпократово учение, многих из тамошних, совратив с пути, погубила. И отсюда произошло начало так называемых гностиков. У сих еретиков есть иконы, писанные красками, а иные из золота, серебра и прочих веществ, о которых говорят, что это снимки с Иисуса и сии снимки сделаны Понтием Пилатом с самого Иисуса, когда пребывал Он в роде человеческом. Но в тайне содержат таковые иконы, а также и некоторых философов: Пифагора, Платона, Аристотеля и прочих, с сими философами помещают и другие изображения Иисуса, и, поставив, покланяются им, и совершают пред ними языческие таинства. Ибо, поставив сии иконы, выполняют уже языческие обычаи. А у язычников какие обычаи, не жертвы ли и прочее? Спасется же, по словам их, одна только душа, а не и тело.

7. Поэтому со всею силою должно опровергать их. Никто да не пренебрегает учением, и особливо учением обманщика. Но скажет иной: учение сие не понятно ли с первого взгляда и не исполнено ли глупостей? Но иногда и глупое неразумных убеждает, а смысленных совращает с пути, если не найдется ума, упражнявшегося в исследовании истины. Итак, поскольку и Карпократ впал в магию Симона и прочих, то тем же будем опровергать и его. Ибо если неведомая и неименуемая сила стала причиною других ангелов, то или ей, то есть Отцу всяческих, приписать должно неведение, если не знал Он, что будут делать созданные Им ангелы, не уведав, что отступят от Него и сделают, чего не хотел Он, или создал их, зная, что сделают неугодное Ему, и когда сие сделано, по причине ведения и согласия, сам будет признаваем сделавшим то, на что они отважились. Посему если, как сказал я, прежде знал, что сделают, чего не хотел, чтоб сие было сделано, то по какой причине создал сделавших, чтобы сделали неугодное Ему? Если сотворил он ангелов, чтобы сделали, что ими и сделано, то, значит, желал, чтобы это сделано было. Почему и предуготовил сделавших сие ангелов. И если предуготовил, чтобы сделали, запрещает же, что ими делается, то будет в сем несправедливая притязательность. Если попускает им делать и угодно Ему производимое ими, то есть людей и души присвояет опять Себе, вопреки их хотению, то будет в сем не иное что, как любостяжательность, потому что люди у ангелов против воли сих похищаются Горним. Но будет и слабость, потому что кто не мог сделать сам собою, тот похищает произведенное от него происшедшими. Наконец, будет в этом нечто похожее на миф и сумасбродство, потому что хотя дольние силы подчинены средним, но средние, будучи виновниками дольних, наказываются, а дольние, разумею души в здешней твари, став выше средних, спасаются и освобождаются пред Горним. Но Горний, почитаемый бессильным, не в состоянии будет сотворить то, что в силах сотворить созданные Им и чего Сам Он не хотел и не мог. Ибо чего сильно Он желает, то не могло быть для Него злом и произойти от злых. А если было то зло, надлежало сему погибнуть. Если же вообще какая-либо часть дела спасается, то дело уже не дурно, хотя и часть только оного окажется спасаемою. Не худы и соделавшие как произведшие спасаемое. А если душа всецело сотворена ангелами и, приведенная в бытие, приемлет силу свыше, то, значит, в большей мере улучат спасение ангелы, потому что спасается душа сотворенная ими, хотя они и худы. Но если спасается душа, то не худы уже и самая душа, сотворенная ангелами, и ангелы, от которых душа имеет бытие.

8. Всякому, имеющему здравый ум, должно знать, что все это — шутовская рабочая бессмыслица, но вскоре постыжены они будут собственными их словами. Ибо если Иисус не от Девы Марии, а от семени Иосифа и от сей же Марии, и Он спасается, то, значит, спасутся и сами родившие Его. И если Мария и Иосиф имеют бытие от демиурга и, значит, демиурга признавали творцом, то не будет уже в недостатке сотворивший Иосифа и Марию, от которых родился Иисус, сущий от горнего неведомого Отца. А если и сам Иисус от ангелов, и демиург есть один из ангелов, то все впадут в одну немилость, в какую впали и ангелы. И несостоятельно будет произведение их, исполненное отравы, и пресыщенное всяким ядоносным учением. Но мы, обратив его в бегство и, как главу змия, древом веры и истины низложив на землю, приступим к другим зверообразным учениям и продолжим путь свой на гибель сим и подобным ересям.

Index